Здравствуйте, Гость!
Мы просим вас войти или зарегистрироваться у нас на сайте.
Но если вам не охото регистрироваться
вы можете воспользоваться формой Быстрой регистрации
ВЕЧЕРНИЙ ТЕАТР
Меню сайта
Категории раздела
ЛЕНКОМ [4]
СОВРЕМЕННИК [4]
МАЛЫЙ ТЕАТР [1]
театр САТИРЫ [8]
театр им. МОССОВЕТА [2]
театр У НИКИТСКИХ ВОРОТ [1]
Харьковский театр "БЕРЕЗИЛЬ" [4]
театр "Et Cetera" п/у А.Калягина [2]
театр ШКОЛА СОВРЕМЕННОЙ ПЬЕСЫ [1]
Календарь
«  Сентябрь 2014  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
2930
Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 73
Форма входа

Г.А. Товстоногов
О.Н. Ефремов
М.А. Захаров
А.А. Ширвиндт
О.П. Табаков
Ю.М. Соломин
Главная » 2014 » Сентябрь » 23 » 60-е: "НАСЛЕДНИКИ РАБУРДЕНА" театр Сатиры, реж. В.Плучек
23:02
60-е: "НАСЛЕДНИКИ РАБУРДЕНА" театр Сатиры, реж. В.Плучек

СМЕХ ВМЕСТО СЛЁЗ ИЛИ НАД ЧЕМ СМЕЯЛАСЬ «САТИРА»

(60-е)

(90-летию Московского Академического театра Сатиры посвящается)

«Наследники Рабурдена» (1962 г., реж. В.Плучек)

Играть весёлую французскую жизнь Валентин Николаевич Плучек начал именно с «Наследников Рабурдена». Хотя, даже читая аннотации к этой комедии, трудно представить, что такой лёгкий водевиль принадлежит перу серьёзного романиста, публициста и политического деятеля. Однако, это так. Эмиль Золя попал на Советскую театральную сцену как большой друг СССР (как это ни пафосно звучит), как борец против несправедливости в деле защиты капитана-еврея Альфреда Дрейфуса, ложно обвинённого в шпионаже. Критике его острого ума подвергались мелкобуржуазные нравы общества с политической позиции ярого социалиста. Два романа о рабочем классе «Западня» и «Жерминаль» всецело посвящены проблемам мирной формы сосуществования буржуазии и пролетариата. Целью его романов было скорее усовершенствование системы отношений буржуазного общества.

Однако и такой Золя был угоден Советской власти и комедия «Наследники Рабурдена», перечитанная и пережёванная, разобранная по косточкам сквозь мощную лупу недремлющего цензурного ока была милостиво разрешена Комитетом по Культуре. Впрочем, несмотря на разрешение сверху, (а часто вкусы слуг народа не совпадали со вкусами их хозяев) спектакль вот уже много десятилетий смотрится на одном дыхании.

Наши поднаторели в изображении французов, хотя ничего колоритно французского здесь нет. Скорее, просто смешно и просто, чтобы отдохнуть. Да ещё с таким актёрским составом – всё с той же звёздной командой Плучека.

Интрига водевиля завязывается с первой же сцены, когда престарелого дядюшку Рабурдена его алчные родственнички в последнее время стали очень уж плотно всячески опекать. Всё это происходит из-за того, что кто-то пустил слух, будто скряга Рабурден баснословно богат и уже даже написал завещание. Хотя сам Рабурден давно разорён, не имеет ни гроша за душой, да ещё и должен 300 франков ростовщику за непонятно зачем купленный старый стол. Но вот в пользу кого это завещание!? С этого и начинается наша история.

Прежде всего, сам Рабурден. Евгений Весник – исполнитель главной роли, не раз рассказывал, что поначалу роль никак не клеилась, чтобы он ни делал на репетициях. Для него важным было всё: походка, положение рук, губ, выражение глаз. В его коллекции было более 50 самых разных походок, которые он использовал в своих разноплановых ролях и раздаривал коллегам и друзьям. А вот тут никак не получалось поймать что-то такое в характере его героя, чтобы сразу стало ясно – да, это именно он – его папаша Рабурден. Мучился страшно. И вдруг счастливая удача. К Веснику подошёл его любимый учитель Алексей Дикий: - Послушай, пробасил мэтр, я слышал у тебя там что-то не выходит?

- Да, проблеял незадачливый ученик.

- Сходи в зоопарк. Там найди площадку молодняка, недавно у них появился пингвинёнок. Обрати внимание на этого зверя.

А надо сказать, что как раз в те годы советские авиаконструкторы построили новые модели самолётов Ан и Ил. И для проверки летательных характеристик лётчики-испытатели совершили длинный перелёт на новеньких железных «птицах» по маршруту Москва – Антарктика. Разумеется, полёт завершился успешно, а у нас на несколько лет национальным советским зверем стал пингвин. О нём снимали мультфильмы, писали стихи, песни, сказки, эмблемы с его изображением клеили на товары и наконец, живого квартиранта получил и Московский зоопарк.

Евгений Яковлевич внял совету своего учителя и отправился смотреть на арктического гостя. По большой поляне, среди белочек, собачек и лисичек чинно вышагивал маленький человечек - обаятельный толстячок с внимательным взглядом. Ходит себе и ходит. Собачка залаяла, он спокойно подходит к ней и БАЦ ей крылом по носу. Та аж взвизгнула и замолкла. Она опять гавкнула. Пингвин вновь подходит и опять добросовестно как даст собаке по морде. Та опять притихла. И так повторялось несколько раз. Какой-то маленький мальчик подошёл к вольеру и протянул пингвину сквозь прутья решётки конфетку. А пингвины питаются исключительно рыбой. Пингвин подошёл к ребёнку. Серьёзно, как профессор, осмотрел конфету. Придирчиво взглянул на малыша, затем опять на конфету, затем пауза и пингвин делает так: пшшшшшшшшшшш. Брезгливо зафырчал, гордо отвернулся и зашагал прочь. Всё. Роль была решена!

Весник прикрепил на голову лысину и Гитлеровскую челочку, и этот толстячок шлёпал походкой пингвина и фырчал. Немного скоморошеский образ, лубочный, как часто изображали людей с волчьими головами или мифологических кентавров. Но разве человек не имеет ничего общего с животным? Разве у него не просыпаются порою животные низменные инстинкты и чем низменнее инстинкты, тем скорее животное превращается в зверьё? Разве мы не бываем хитрыми лисами или мудрыми совами, а иногда и влюблёнными медведями, ну совсем чуть-чуть? И это не чудо. А если и чудо, то самое обыкновенное.

Наверное, это неплохой ход – представлять персонажей в человеческих обличьях, но со звериной сутью наизнанку. И если Рабурден Весника – неуклюжий, импозантный самовлюблённый пингвин, то зверинец этим не ограничивается.

По сюжету на сцене властвует целый скотный двор, причём во всех смыслах. И главную роль режиссёр отвёл курятнику из племянниц дядюшки – мадам Васар и мадам Фике – двух расфуфыренных дам, готовых глотки друг дружке перегрызть, лишь бы показать дяде как они его любят и ради этой любви способны на многое – на потеху зрителю. Чего только они не вытворяют, чтобы заполучить доброе расположение старика Рабурдена, как они ни унижаются, как ни ползают и ни шипят друг на друга. Эти две недокурицы-полузмеи бесподобно изображены Ольгой Аросевой и Валентиной Токарской. Вот уж поистине – дуэт так дуэт. Отношения настоящих заклятых родственниц. Кто из нас не сталкивался с такими лицемерными, алчными штучками? Впрочем, вопрос чисто риторический.

Токарская – карикатура мачехи в «Золушке». Жаль. Лучше бы, конечно быть первой Токарской, нежели второй Раневской. Но успокойтесь. Это лишь первое впечатление. Далее, индивидуальность актрисы раскроется по мере участия в интригах и проявления агрессивного и вместе с тем потешного характера персонажа.

Аросева не играет, она несёт себя сквозь роль, сквозь преграды, улыбаясь стальной сардонической гримасой и излучая столько яда, что окружающие захлёбываются от такого энергетического посыла. В «Рабурдене» она уже не так робка, как в «Обнажённой со скрипкой». Здесь она уже в развитии своего образа играет острохарактерно, где-то немножко сгущая краски и утрируя характер алчной стервы, а где-то проявляя добродетельное отношение к дядюшке и чёрт возьми – мы готовы ей простить всё лицемерие её героини, настолько очаровательна и жизненна сама актриса в образе.  В отличие от героини Токарской мадам Васар Аросевой не так злобна и её мнимая добродетельность мила даже в гениальной сцене осмотра доктором тела Рабурдена, когда Аросева постоянно восклицает: Доктор! Что с ним? Ну как? Ну что он? Доктор: Он очень плох.  Васар: Пусть он успокоится. И рыдает. И в этой фразе вся роль Аросевой – добродетельная лицемерка, но довольно комично, будто мадам Ксидиас из «Интервенции». И не надо забывать, что уже начинался «Кабачок», где характерность актрисы раскрылась в полную силу. Помните, как всегда эффектно она появлялась в кабачке. Всегда с каким-нибудь скандалом. И здесь, после того, как все узнают об очередной смерти Рабурдена, мадам Вассар появляется в доме дяди, где её встречает Шарлотта: Ой, мадам. Какое на Вас платье! Та умиляется: Дааа. Сначала я хотела из шерсти. Но подумала, что шерсть полнит. И закудахтала. А платье и впрямь элегантное, прелестная шляпка – всё в чёрном. И это единственная деталь уважения к покойному. Во всём остальном: Шарлотта, сегодня самый счастливый день в моей жизни. И рыдает. И ведь не упрекнёшь, рыдает она от горя или от радости. Единственное, что её беспокоит: не слишком или много кружев на платье. Они так увлечены туалетами мадам Вассар, что даже не помнят, зачем вообще мадам явилась. Шарлотта: Это платье, мадам, вызовет сенсацию на похоронах. Вассар: Ура! На похоронах. На похоронах??? Ах, да…и опять начинает плакать эксцентрично, ломая голос, на драматизме, полная нерва и расчётов на состояние Рабурдена. Как ими манипулирует Шарлотта и как они наперегонки готовы оказать последнюю честь дяде. Это лучше видеть. Порою трудно сформулировать комедийность Аросевой, но одно определённо: она органична, легка, не пошла и если ассоциировать её комедийный дар с чем-то из вечного, то это скорее журчащий ручеёк, щекочущий ваши руки, тело, ноги, но от этого приятно и приятность проникает в душу, заражая весельем как будто кто-то включил в душе свет и опа – а у нас карнавал. Есть актёры и актрисы, которым очень нравится играть, причем не так важна роль, как важен сам процесс, партнёр и публика. Вот такими увлечёнными игрой были Ольга Аросева, Евгений Весник, Георгий Менглет. Они обожали играть. Как легко и приятно их смотреть, ими восхищаться, подчёркивать характерное и критиковать фальшивое, но вместе с тем осознавать, что они, как и ты – преданы театру всей душой, без остатка.

Георгий Менглет играет доктора Мурга. Ну, что сказать. Это – престарелый бонвиван, не прочь ещё поволочиться за юбкой молоденькой племянницы Рабурдена – хорошенькой Шарлотты (Нины Архиповой). Типичная седина в бороду. Смешно, в паре с Менглетом играет и Анатолий Папанов. Тут у него уже не эпизодическая, а серьёзная характерная роль. Изображает он подагрического неврастеника, компаньона Рабурдена – г-на Шаклюзо, который временами то хромает, то падает в обморок, то с него как говорят, уже песок сыплется, а доктору приходится этот «песочек» подметать да подштукатуривать обратно на эту развалину. Пара потрясающая.

Шаклюзо: Вот умрёт Рабурден, я получу этот дом и переберусь сюда….

Мург: Ага. (в сторону). Переберёшься. Только в другое место.

Тоже два заклятых друга Рабурдена, готовые со всей душевной искренностью передушить друг друга – два шипящих индюка:

Мург: Дом получит тот, кто будет самым нежным, самым добрым.

Шаклюзо: Я такой нежный. Я просто не могу спокойно смотреть без нежности на страдания Рабурдена.

Папанов хоть и пытается выделить характер и суть своего героя внешними эффектами, примеряя разные маски, а мне думается, ему совсем не надо было идти к образу через грим.

Не могу избавиться от наваждения, что в спектакле вижу силуэтные штрихи к будущему портрету Кисы Воробьянинова из фильма «12 стульев» Марка Захарова – тот же презрительный полубезумный взгляд сквозь треснутое пенсне, та же подрагивающая нижняя челюсть и трясущаяся походка с подпрыгиваниями а-ля Паниковский из «Золотого телёнка». И точь-в-точь нищий, просящий подаяние от думской фракции бывшему предводителю команчей на французском и немецком языках. Жалкое зрелище. Жалкое, в смысле, что персонаж не равнодушен, он трогателен по-своему и вызывает сочувствие. Шаклюзо Папанова именно такой. И порою именно грим портил его индивидуальность. У него был достаточно широкий и актёрский диапазон и потенциал для точного попадания в характер. О Папановской индивидуальности, о таком, чему не учат в актёрских школах говорил Менглет: «ему можно было бы и не преображаться и даже не играть – лишь явиться перед публикой. Он завораживал зал одним своим появлением».

И тут курсивом я хотел бы подчеркнуть мысль Георгия Павловича: «Жил как испокон веку жили российские актёры со всеми их особенностями, и играл, как Бог на душу положит. Против школы, против системы».

Подводя итоги сценическому таланту этой троицы – Весника, Менглета и Папанова, кстати больших друзей в жизни, еще позволю себе парочку штрихов к портрету доктора Мурга. Я не знаю как мучительно работал Менглет над своей ролью, искал ли он типаж в зоопарке как Весник или же пользовался своей природной уникальностью комической харизмы как у Папанова, но то, что Георгий Павлович использовал для придания характерных черт своему доктору из классической литературы, это, несомненно. Внешний вид, движения, отсутствующий взгляд и непроницаемые эмоции – Гоголевский Земляника. Сюртук не врача, но чиновника. Лизоблюдство перед Рабурденом и ненависть ко всем остальным поистине Земляничья. Врач-шарлатан. Я обожаю смотреть таких врачей на сцене и не дай Бог нам всем встретиться с такими в жизни, хотя, увы, встречаем. Мург в своей профессии напоминает лекаря Диафуаруса, гениально сыгранного Роланом Быковым в «Мнимом больном» в постановке О.Ефремова, который находит у Аргана все болезни на свете и прописывает ему от желудка обязательно жареное, от печени острое, а для головы клизму.

Да и в нашем спектакле самыми смешными эпизодами, а порою и самыми кульминационно важными были сцены присутствия доктора, после каждого осмотра больного Рабурдена закатывающего к небу глаза и скорбным голосом произносящего: Всё, наука тут бессильна.

После этого очередного приговора Рабурден как ни в чем не бывало вставал, закуривал и бежал к холодильнику, поскольку у него разгорался аппетит и он начинал опустошать содержимое запасов; жрёт кашу да причитает: Я только чуть-чуть, я чувствую, что ухожу от вас – и жрёт ещё больше. Вокруг этого милого домашнего тирана хлопочет его верная племянница Шарлотта. Нина Архипова всё та же – милая, озорная, с чёртиками в глазках, всецело поглощённая собственными интригами против родственников, чтобы спасти и состояние и репутацию своего дядюшки. А ещё она – такая деятельная и энергичная успевает и на любовном фронте, безумно влюбив в себя своего будущего жениха Доминика – молодого А.Белявского. Он - простачок, положительный герой из сказок Шарля Перро. Да, он где-то между свинопасом и лесорубом, благородный простак, у которого Рабурден выманивает 300 франков, чтобы заплатить ростовщику Исааку и при этом чувствующий себя героем, совершившим такой милосердный поступок. Простофиля. Есть персонажи, если их убрать, то ничего не изменится – всё так же будут плестись интриги, всё так же будет вставать солнце и так же будет окутывать всех ночь. Так вот роль Доминика то ли не прописана как характер, то ли по другой причине, но она явно здесь не так уж и важна. Достаточно просто упомянуть, что у Шарлотты есть жених. Или дайте ему драматизма, лиризма или подвигов, хотя и это может оказаться прилизанным, рафинированным и пресным. Правда, у Александра Белявского в кино не было «пресных» ролей. Все персонажи яркие, живые, разнохарактерные. А вот в театре... . Впрочем, может он и правильно сделал, что ушёл из театральной профессии.

Ростовщика играет артист Андрей Крюков. И всё. Как иногда бывает не по себе, когда в титрах видишь только инициалы и фамилию актёра и ни одной строчки о нём даже в Энциклопедии. Как и не было актёра в жизни театра. Но играл он уверенно, живо и роскошно для своего образа – хитрого жида, с козлиной бородкой и длинным носом. Такое внешнее описание вполне гармонировало с внутренним характером персонажа. И как приятно, когда узнаёшь в том или ином отрицательном персонаже знакомый тебе типаж из жизни. В частности, именно Исаак Крюкова чем-то при внутреннем характере, напоминающем дьяка из «Вечеров на хуторе близ Диканьки», который повадился к Солохе, внешне ну вылитый наш начальник финансового отдела: глазки крысиные, губы поджаты, руки дрожат и при этом строит из себя нечто.

В этой лёгкой французской комедии положений весь «скотный двор» живёт и дышит интригами и, в конце концов, у зрителя уже в финале возникает логичный вопрос: а что же будет дальше? Эмиль Золя не даёт ответа. Быть может, наш папаша Рабурден вместе со своей верной Шарлоттой опять всех надули и придумали другую историю?

А мы отправляемся дальше. И на этот раз наш путь ведёт в братскую Сербию, в гости к Браниславу Нушичу.

Категория: театр САТИРЫ | Просмотров: 1047 | Добавил: Игорёк | Теги: Плучек, Наследники Рабурдена, Весник, Менглет, театр Сатиры | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Цитата
Поделиться
Архив записей
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
счётчики
Яндекс.Метрика LiveRSS: Каталог русскоязычных RSS-каналов
"На всякого мудрец
"Свои люди, сочтё"
"Мнимый больной"
"Три сестры" - Мал
"Три сестры" - Мал
"Женитьба Фигаро"
"Последняя жертва"